Когда женщина попадает в тюрьму, это меняет её отношения с детьми. Ольга Токарчук, блогерка и бывшая политзаключённая, знает это не понаслышке: пока она находилась за решёткой, её семья вынуждена была справляться без неё. Что чувствуют дети, растущие без матери? Почему даже после освобождения отношения не всегда можно восстановить? И как женщины справляются с этим?
Для матерей, оказавшихся в тюрьме, самое болезненное — разлука с детьми. Если ребёнок маленький, он может не понимать, почему мама пропала, и воспринимать это как предательство. Если подросток — начать отдаляться. Женщины, вышедшие на свободу, сталкиваются с тем, что их дети изменились, а доверие приходится выстраивать заново.
«Мой сын догадывался, где мы не говорили ему. Понятно, Анечке было три годика, ей не было даже смысла говорить что-то. Им всё рассказывали, что мама в карантине, потому что коронавирус. И у них естественно был вопрос: позвонить можно же как-то? XXI век!», — вспоминает Ольга.
Дети заключённых женщин чаще испытывают тревогу, замкнутость, страх потери. Им не всегда говорят правду о том, где находится их мать, а после её возвращения они могут бояться, что она снова исчезнет.
«Он тогда сказал: почему мне не сказали раньше? Я же себе придумал. Что я умерла, что я их бросила, что их всё обманывают, что мама ни в каком не в карантине», — рассказывает Ольга.
После событий 2020 года в беларуские тюрьмы попали сотни женщин: журналистки, активистки, блогерки, политические деятели, пенсионерки. Многие из них — матери, жёны. Их семьи оказались перед тяжёлым испытанием, а после освобождения началась новая борьба — за восстановление отношений. Некоторые семьи разрушаются навсегда. Другие учатся жить с этим опытом и двигаться дальше. Но в любом случае, тюремный срок оставляет след — не только на политзаключённой, но и на всех её близких.